ВС РФ отменил "оправдательное" определение кассационной инстанции и вернул на пересмотр уголовное дело против девушки-дроппера: еще в 2023 году, до дополнения ст. 187 УК РФ частью 3 (действует с 5 июля 2025 года) подсудимая – без намерений заниматься предпринимательской деятельностью – оформила себе статус ИП, открыла счет в банке, подключилась к системе дистанционного банковского обслуживания, получила банковскую карту, пин-код к ней, логин, пароль и кодовое слово, обеспечивающие вход в систему "Сбербанк Бизнес Онлайн", после чего за денежное вознаграждение сбыла их неустановленному лицу, что позволило последнему неправомерно производить различные денежные операции по этому счету.

За указанное деяние девушку осудили в 2024 году по ч. 1 ст. 187 УК РФ, вменив ей сбыт поддельных электронных средств и носителей информации, предназначенных для неправомерного осуществления приема, выдачи, перевода денежных средств.

КСОЮ отменил приговор, а дело прекратил за отсутствием состава преступления, потому что "факты поддельности электронных средств и носителей информации не нашли своего подтверждения", а уголовная ответственность за передачу не поддельных, а подлинных ЭСП (то есть ч. 3 ст. 187 УК РФ) была введена только в 2025 году, то есть на момент деяния оно не являлось преступным.

Прокуратура обратилась с представлением в Верховный Суд РФ и потребовала пересмотреть акт КСОЮ:

к поддельным могут относиться не только документы, в содержание которых внесены изменения (материальный подлог), но и изготовленные в установленном порядке документы, содержащие или составленные на основании заведомо недостоверных сведений (интеллектуальный подлог),

именно такие заведомо недостоверные сведения были умышленно представлены осужденной сотрудникам банка для открытия банковского счета, выпуска банковской карты и выдачи ей средств дистанционного управления счетом. А конкретно этими недостоверными сведениями были заведомо недостоверные сведения о себе как о лице, которое будет проводить операции по счету, поскольку в действительности изначально подсудимая собиралась передать ЭСП, полученные ею как ИП, третьему лицу,

а получение ЭСП путем умышленного искажения информации о своем намерении лично вести операции по банковскому счету, и затем передача этих ЭСП за вознаграждение, – это объективная сторона умышленного изготовления в целях сбыта поддельных платежных карт и иных средств оплаты, содержащих заведомо недостоверные сведения, совершенные путем интеллектуального подлога, а также их сбыт третьему лицу, то есть деяние, запрещенное ч. 1 ст. 187 УК РФ,

неправомерность этого деяния не только в том, что с использованием переданных банковских карт, паролей, логинов правонарушений и преступлений будут совершаться незаконные операции, но и в самом нарушении порядка осуществления операций, которые совершаются анонимно, источник их происхождения и назначение не известны, что подрывает экономическую безопасность государства и создает возможность легализации доходов, полученных незаконным путем.

Верховный Суд РФ с этой логикой полностью согласился:

в ходе предварительного следствия осужденная пояснила, что по просьбе неустановленного лица зарегистрировалась в качестве ИП, открыла на свое имя банковский счет, создала в банке свою ЭЦП и передала их за денежное вознаграждение неустановленному лицу, осознавая, что оно будет использовать переданные документы и расчетный счет для неправомерного перевода денежных средств от имени осужденной, сама же она предпринимательскую и финансовую деятельность не осуществляла и не осуществляет,

таким образом, из ее показаний следует, что на основании предоставленных ею ложных сведений банк изготовил электронные средства и носители информации, содержащие недостоверную информацию о лице, который будет пользоваться банковским счетом;

в п. 8 постановления Пленума Верховного Суда РФ от "О некоторых вопросах судебной практики по делам о преступлениях, предусмотренных статьями 324 – 327.1 УК РФ" разъясняется, что подделкой признаются как незаконное изменение отдельных частей подлинного официального документа путем подчистки, дописки, замены элементов и др., искажающее его действительное содержание, так и изготовление нового, содержащего заведомо ложные сведения;

КСОЮ же не учел данное разъяснение постановления Пленума Верховного Суда РФ при оценке показаний осужденной, а также изготовленных электронных средств и носителей информации на предмет их поддельности;

неправомерность приема, выдачи или перевода денежных средств выражается в совершении их с нарушением порядка, установленного нормативными актами. Согласно ст. 9 ФЗ РФ "О национальной платежной системе" предусмотрена возможность использования расчетного счета только указанными в договоре с банком лицами; на кредитную организацию возложена обязанность обеспечить безопасность совершения финансовых операций в целях защиты интересов государства. Запрет на осуществление операций иными лицами от имени клиента банка обусловлен необходимостью соблюдения требований п. 5 ст. 7 ФЗ "О противодействии легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем, и финансированию терроризма". Согласно данному закону использование электронного средства платежа клиентом – юридическим лицом или индивидуальным предпринимателем, осуществляется с проведением его идентификации оператором электронных денежных средств;

осужденная, будучи предупрежденной о недопустимости передачи ключей доступа к счетам иным лицам, сбыла за вознаграждение электронные средства и носители информации третьему лицу с целью предоставления ему доступа к дистанционному банковскому обслуживанию и осуществления по счету операций анонимно, в обход систем идентификации клиента,

при таких обстоятельствах обжалуемое определение подлежит отмене как не отвечающее требованиям законности и обоснованности, а уголовное дело с кассационным представлением подлежит передаче на новое кассационное рассмотрение в тот же суд иным составом суда.

Источник: garant.ru